Фильм

Римские каникулы (1953) смотреть онлайн

Name: Римские каникулы
Genre: Мелодрама, Комедия, Драма
Released: 1953-08-26
Duration: 118 min
Rating: 8
Cast: Грегори Пек, Одри Хепбёрн, Эдди Альберт, Хартли Пауэр, Харкорт Уильямс

Roman Holiday 0+

★ 8.0 IMDb 158 000 голосов ★ 8.3 Кинопоиск 183 860 голосов

Мелодрама Комедия Драма

Про любовь

Страна: США
Год: 1953
Премьера: 26 августа 1953
Длительность: 1 ч 58 мин
Изображение: Чёрно-белое
Режиссёр: Уильям Уайлер
Сценарий: Иэн Маклеллан Хантер, Джон Дайтон, Далтон Трамбо
Качество: HDTVRip

Оцените фильм

Озвучки Дублированный

О фильме «Римские каникулы»

Принцесса одной из европейских стран приезжает в Рим с официальным визитом. Дни Анны расписаны по минутам, отчего она очень устала. Девушке хочется свободы, и она сбегает от охраны и дипломатов. Ранее принцессе сделали успокоительный укол, поэтому, погуляв по улицам города, она засыпает прямо на парапете.

Здесь её и замечает репортёр Джо Брэдли. Он проявляет сочувствие и отвозит незнакомку к себе домой. Анна удивляет своими манерами и привычками. Тем не менее, только утром в редакции Джо узнаёт, кем была его гостья, отправившаяся дальше изучать Рим. Официальная версия посольства для отмены мероприятий — недомогание наследницы престола. Джо понимает, что может выпустить сенсационный материал, и просит знакомого фотографа сделать снимки Анны, за которой оба следят.

Репортёр подстраивает новую встречу с принцессой, и они проводят остаток дня вместе. Возникшее взаимное чувство может разрушить планы обоих. Но и у неё, и у него есть обязанности. Рано или поздно нужно вернуться к прежней жизни.

В ролях

Грегори Пек Джо Брэдли

Одри Хепбёрн Принцесса Анна

Эдди Альберт Ирвин Радович

Хартли Пауэр Мистер Хеннесси

Харкорт Уильямс Посол

Маргарет Роулингс Графиня Вереберг

Туллио Карминати Генерал Провно

Паоло Карлини Марио Делани

Клаудио Эрмелли Джованни

Альфредо Риццо Таксист

Лаура Солари Секретарь Хеннесси

Горелла Гори Продавец обуви

Армандо Аннуале Адмирал, танцующий с принцессой

Маурицио Арена Мальчик с машиной

Джильдо Боччи Продавец цветов

Кадры

27 кадров Все кадры →

Афиши

53 афиши Все афиши →

80 интересных фактов

В Италию на съёмки картины Грегори Пек приехал в глубокой депрессии: он тяжело переживал разрыв и предстоящий развод со своей первой супругой Гретой Кукконен. Однако именно в Риме актёр встретил новую любовь — уроженку Франции Вероник Пассани, имевшую русско-итальянские корни. Вскоре после официального расторжения брака они поженились, и с Вероник Пек артист прожил всю оставшуюся жизнь.
Завершив съёмки, Грегори Пек настоятельно посоветовал продюсерам вынести имя Одри Хепбёрн в самое начало титров — перед названием картины. Он не сомневался, что за эту дебютную главную роль юная актриса непременно получит «Оскар». Кинобоссы прислушались к звезде, и предсказание Пека сбылось на все сто процентов.
Боссы Paramount мечтали снять картину в родных голливудских павильонах, однако Уильям Уайлер проявил твёрдость и добился командировки в Италию. Студия уступила, но ощутимо урезала бюджет. В итоге режиссёру пришлось забыть о ярком «Техниколоре», выбрав чёрно-белую плёнку, а на главную женскую партию утвердить никому не известную Одри Хепбёрн.
Путёвку в жизнь Одри Хепбёрн подарили легендарные пробы. Режиссёр скомандовал «снято», однако оператор не выключил камеру, выполняя тайную инструкцию. В объектив попало несколько минут абсолютно искреннего и свободного поведения девушки, которая понятия не имела, что её продолжают снимать. Эта спонтанность в паре с непринуждённым интервью и обеспечила ей роль принцессы Анны.
Триумф на церемонии 25 марта 1954 года за лучшую женскую роль 1953 года едва не обернулся курьёзом. Получая статуэтку из рук глубоко почитаемого президента Киноакадемии Джина Хершолта, ошеломлённая Одри Хепбёрн от избытка чувств поцеловала его прямо в губы, а не в щёку. Всего через несколько минут актриса в панике поняла, что потеряла награду. Сбежав по ступеням нью-йоркского театра «Сентер», она помчалась в дамскую комнату, нашла заветную статуэтку и как ни в чём не бывало вернулась к фотографам.

Для съёмок бала в посольстве создатели пригласили настоящих итальянских аристократов, причём все они перевели свои гонорары на благотворительность. В финальной сцене пресс-конференции вопросы тоже задают не актёры массовки, а подлинные журналисты.
Изначально партия Джо Брэдли создавалась с прицелом на Кэри Гранта. Однако артист счёл себя неподходящей парой для Одри Хепбёрн из-за солидной разницы в возрасте и ответил отказом. Точно так же он отклонил и главную роль в мелодраме Билли Уайлдера «Любовь после полудня» 1957 года. Лишь десять лет спустя они всё-таки сыграли влюблённых в картине «Шарада» (1963), где крепко подружились, после чего Грант не раз называл Хепбёрн одной из своих любимейших партнёрш.
Подлинный автор сюжета Далтон Трамбо числился в печально известной «голливудской десятке», поэтому его имя не могло фигурировать в титрах даже после присуждения золотой статуэтки. Награду и официальное авторство взял на себя его приятель и соавтор Ян Мак-Леллан Хантер, который честно отдал Трамбо причитающийся гонорар в размере 50 000 долларов. Спустя годы сын Хантера наотрез отказался возвращать приз, поэтому вдове драматурга Клео в 1993 году вручили дубликат — сам Трамбо скончался ещё в 1976 году. Историческая справедливость в титрах была восстановлена лишь полвека спустя, в отреставрированном издании 2002 года.
Грегори Пек буквально грезил комедийным жанром, в котором ему ещё не доводилось играть, поэтому он с радостью ухватился за предложение сняться в Риме. Позже актёр иронизировал, что в те годы во всех приличных романтических комедиях, попадавших ему в руки, отчётливо угадывался «почерк Кэри Гранта».
В качестве свадебного подарка руководство Paramount преподнесло Одри Хепбёрн весь гардероб её героини, включая наряды, обувь, шляпки и украшения. Правда, роскошному приданому не суждено было пригодиться по назначению: вскоре после окончания съёмок актриса разорвала помолвку с предпринимателем Джеймсом Хансоном, будущим лордом.
Грандиозному интересу к картине во многом способствовал реальный шум вокруг британской короны. В то время таблоиды вовсю смаковали скандальные отношения принцессы Маргарет с Питером Таунсендом, простым офицером. Из-за того, что её избранник был разведён, принцессе пришлось пожертвовать чувствами ради «достойного брака».
Лихие поездки персонажей вдвоём на двухтактном мотороллере Vespa спровоцировали невероятный ажиотаж вокруг этой итальянской марки сразу же после премьеры ленты.
В документальной картине «Беседа с Грегори Пеком» 2000 года актёр признался зрителям, что на съёмках первой большой работы Одри Хепбёрн он чувствовал себя свидетелем чуда: наблюдать за её игрой было всё равно что видеть, «как распускается цветок». По его убеждению, эту принцессу могла воплотить только она.
Производство превратилось в настоящее испытание на прочность. В итальянской столице стояла невыносимая жара под сорок градусов, а съёмочные локации постоянно осаждали толпы зевак. Вдобавок в самой Италии разгорелись ожесточённые политические баталии, сопровождавшиеся забастовками и беспорядками, которые то и дело грозили сорвать рабочий график.
Эта картина стала судьбоносной для обоих ведущих актёров: и Грегори Пек, и Одри Хепбёрн встретили своих будущих супругов прямо во время съёмочного периода.
Известие о присуждении «Оскара» застало Одри Хепбёрн в разгар бродвейских показов пьесы «Ундина», где она играла рука об руку с будущим мужем Мелом Феррером. В том же сезоне эта театральная роль принесла ей и премию «Тони». Подобным дублем за один календарный год могут похвастаться лишь две артистки в истории — второй стала Эллен Бёрстин, покорившая обе вершины в 1975 году благодаря ленте «Алиса здесь больше не живёт» (1974) и спектаклю «В это же время, в следующем году».
От радости и нервного перенапряжения на оскаровской церемонии Одри Хепбёрн перепутала кулисы, сбивчиво пролепетала благодарственную речь, а затем и вовсе забыла статуэтку в уборной. К счастью, потерю быстро вернули законной владелице, и их союз продлился долго и счастливо.
Поначалу Грегори Пек колебался и не спешил подписывать контракт, понимая, что его персонаж служит лишь фоном для юной героини. Перевесило желание сменить амплуа и наконец-то разбавить свой чересчур серьёзный имидж лёгкой ролью.
В самом начале картины адмирал в исполнении Армандо Аннуале, кружась в танце с принцессой Анной, произносит фразу на чистом итальянском: «Я непременно хочу умереть на корабле!»
В семидесятые годы продюсеры лелеяли надежду выпустить продолжение истории и даже провели переговоры с Грегори Пеком и Одри Хепбёрн, однако до реального производства дело так и не дошло.
Гонорар в 5000 долларов, обещанный Джо за эксклюзивный репортаж со снимками, с учётом инфляции составил бы в ценах 2015 года внушительные 44 000 долларов.
Режиссёр Уильям Уайлер так настойчиво стремился перенести съёмки в Европу ещё и потому, что хотел оказаться подальше от Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности: из-за его либеральных убеждений над кинематографистом нависла вполне реальная угроза допросов и преследований.
Анна и Джо затевают спор об авторстве строчки: «Аретуза встала со снежного ложа на склоне Акрокеравнских гор». Прав в итоге оказывается журналист: эту поэму написал Перси Биши Шелли.
Одурманенная снотворным принцесса Анна, которую Джо пока не узнал, произносит поэтические строки: «Услышав твой голос, восстану из тлена, и прах оживёт, отзовётся блаженно». Восхищённый репортёр тут же называет её весьма начитанной девушкой. Любопытно, что эти стихи сочинил опальный сценарист Далтон Трамбо, находившийся тогда в чёрном списке Голливуда. Именно он создал оскароносный сюжет ленты, прикрывшись в титрах именем своего верного приятеля Яна Мак-Леллана Хантера.
Студия Paramount заключила соглашение с властями Великобритании, пообещав полностью исключить любые намёки на связь сюжета с жизнью королевской семьи — и в первую очередь с принцессой Маргарет. Чтобы рассеять любые подозрения, в фильм даже ввели особый эпизод, подчеркивающий, что экранная монаршая особа не имеет к Британии никакого отношения.
Ещё в 1947 году права на постановку выкупил Фрэнк Капра, надеясь пригласить Кэри Гранта и Ширли Темпл и сделать своеобразную вариацию на тему собственного шедевра «Это случилось однажды ночью» (1934). Однако финансовый кризис вынудил режиссёра продать компанию Liberty Films вместе со всеми наработками боссам Paramount. Там Капра предпочёл вовсе выйти из проекта: его смутили скромный бюджет и политические риски, ведь к сценарию приложил руку опальный Далтон Трамбо. А вот сменивший его Уильям Уайлер работы со сценарным диссидентом нисколько не побоялся.
В домашнем прокате картина показала превосходный результат, заработав порядка 5 миллионов долларов при производственных затратах всего в 1,5 миллиона.
Отказаться от цвета и сделать фильм чёрно-белым решили сознательно: авторы опасались, что потрясающие виды вечного города просто затмят собой живые эмоции и переживания главных героев.
Листок бумаги, с которого мистер Хеннесси в исполнении Хартли Пауэра зачитывает вопросы для интервью, на самом деле был обычной страницей сценария фильма.
Роль принцессы принесла Одри Хепбёрн контракт с Paramount, всемирную славу и безумную популярность в Стране восходящего солнца. В Японии началось настоящее помешательство: тысячи девушек кинулись в парикмахерские, требуя подстричь их точь-в-точь как любимую героиню.
Усаживая Анну в машину, Джо парирует её возглас фразой: «Это такси, а вовсе не „Супер Чиф“!». Персонаж намекал на знаменитый маршрут железнодорожной компании Atchison, Topeka and Santa Fe. В середине прошлого века этот локомотив, курсировавший между Чикаго и Лос-Анджелесом, рекламировали как «Поезд звёзд», поскольку им регулярно пользовались знаменитости. Именно он стал первым дизельным экспрессом в США, полностью укомплектованным спальными вагонами повышенной комфортности «Пульман», и задал золотой стандарт путешествий: начинал состав с одного рейса в неделю, затем стал ходить дважды, а к 1948 году и вовсе перешёл на ежедневное расписание.
Съемки картины едва не сорвались из-за бродвейской постановки «Жижи», куда Одри Хепбёрн лично утвердила писательница Колетт. Ситуация казалась безвыходной, но Уильям Уайлер настолько поверил в начинающую актрису, что решился отложить производство на целых полгода.
Агенты секретной службы прибывают на поиски беглянки на весьма редком самолёте — Breda-Zappata BZ.308. Эту машину построили для нужд итальянских ВВС в 1949 году в единственном опытном экземпляре, а вскоре после съёмок и вовсе пустили на слом.
Перенос съёмок в Рим оказался студии только на руку: у Paramount в Италии скопились замороженные активы, которые как раз удалось пустить в дело.
Сценарий ленты пролежал на полках около десяти лет без малейшей надежды на экранизацию. То, что премьера совпала с громким романом принцессы Маргарет, которой тоже пришлось мучительно выбирать между велениями сердца и долгом перед короной, стало чистой случайностью.
Какое именно государство представляет Анна, зрителям так и не раскрывают. В кадрах кинохроники её тур по европейским столицам стартует с Лондона и Букингемского дворца, а реплики о налаживании связей с Западной Европой намекают, что принцесса правит некой страной из Восточной Европы.
В июне 2008 года Американский институт кино включил фильм в число десяти величайших картин всех времён, отдав ему четвёртое место в категории романтических комедий.
Съёмочный процесс дался Грегори Пеку нелегко: работая на износ и питаясь всего одним сэндвичем за весь долгий день, актёр похудел на 16 фунтов.
На финальной пресс-конференции принцессу приветствовали не нанятые статисты, а настоящие журналисты, работавшие в то время в римских корпунктах различных мировых изданий и информагентств.
Производство оплачивалось из блокированных на счетах денег Paramount, доступ к которым итальянские власти открыли исключительно после того, как лично прочитали и одобрили сценарий.
Побывав на лондонской премьере картины «Голубая лагуна» (1949), Уильям Уайлер загорелся идеей отдать роль Анны Джин Симмонс. Однако договориться с владевшей правами компанией J. Arthur Rank вовремя не удалось, и режиссёр едва не закрыл проект. Ситуация стала ещё обиднее, когда Уайлер всё же решил вернуться к съёмкам: контракт актрисы к тому моменту перепродали Говарду Хьюзу, тогдашнему хозяину студии RKO Pictures.
Вскоре после знакомства Анна цитирует поэтическую строчку, и между героями вспыхивает спор о том, кому она принадлежит — Джону Китсу или Перси Биши Шелли. Буквально в следующей сцене действие переносится на знаменитую Испанскую лестницу. Любопытно, что оба британских поэта жили в Риме, а Китс и вовсе обитал у самого подножия этой лестницы. Сегодня в его доме открыт музей Китса и Шелли, посвящённый романтическому направлению в поэзии той эпохи.
Изначально главную роль прочили Сюзан Клотье или Джин Симмонс, а также присматривались к Элизабет Тейлор. Впрочем, кандидатуры Тейлор и Симмонс отпали почти сразу из-за плотной занятости на других съёмках. В огромном списке претенденток на царственный образ числились почти три десятка актрис, среди которых были Биби Андерссон, Клэр Блум, Ванесса Браун, Капучине, Лесли Карон, Розмари Клуни, Джоан Коллинз, Джинн Крейн, Ивонн Де Карло, Диана Дорс, Нина Фох, Мона Фриман, Ванда Хендрикс, Глинис Джонс, Кей Кендалл, Дебора Керр, Анджела Лэнсбери, Джанет Ли, Джоан Лесли, Джун Локхарт, Джина Лоллобриджида, Сильвана Мангано, Дороти Мэлоун, Жанна Моро, Патриция Нил, Барбара Раш, Мойра Ширер и Шелли Уинтерс.
В самом начале картины принцесса лежит в кровати, а рядом виднеется книга об Альфреде Хичкоке. Самой же Одри Хепбёрн поработать с прославленным мастером так и не довелось. Постановщик планировал снять актрису, которая искренне восхищалась его творчеством, в ленте под названием «Судья без залога». В 1959 году Paramount даже выпустила рекламный буклет «Успех в шестидесятых!», анонсировавший проект в форматах Technicolor и VistaVision с Хепбёрн в главной роли, но фильм так и не сняли.
После того как проект по очереди покинули Фрэнк Капра и Уильям Уайлер, лента перешла к Джорджу Стивенсу. Тот настойчиво просил отдать главную партию Элизабет Тейлор, с которой только что отработал на съёмках драмы «Место под солнцем» (1951), но студии Paramount и MGM не смогли уладить контрактные формальности, и Стивенс умыл руки. Сценарий вновь вернулся к Уайлеру. Выпустив две подряд тяжёлые драматические работы — «Наследница» (1949) и «Детективная история» (1951), — режиссёр с радостью ухватился за лёгкую романтическую комедию, к которым не прикасался с середины 1930-х. Не последнюю роль сыграло и желание воспользоваться налоговой лазейкой благодаря съёмкам за границей.
С июня по октябрь 1951 года над материалом трудился Бен Хект, однако он написал совершенно иной вариант и в итоге попросил убрать своё имя из титров. В марте 1952 года рукопись правил Престон Стёрджес, а следом студия на пару дней наняла Валентина Дэйвиса для быстрых правок. Какой след они оставили в итоговой версии картины, до сих пор доподлинно неизвестно. Больше всего сомнений вызывала финальная сцена, которую переписывали несчётное количество раз.
Картина включена в знаменитый киногид «1001 фильм, который вы должны посмотреть, прежде чем умереть» под редакцией Стивена Шнайдера.
Знаменитый эпизод у «Уст правды» появляется в байопике «Трамбо» (2015), где Далтон Трамбо с супругой смотрят эту сцену в местном кинотеатре.
Лайнер, доставивший монарших особ, — это итальянский Breda-Zappata BZ.308, сконструированный для дальних перелётов через Атлантику и по Европе. Машина впервые поднялась в небо в 1949 году и к моменту съёмок была практически новой. Однако проект свернули из-за полного отсутствия заказчиков, поэтому в кадре запечатлён единственный опытный образец: серийный выпуск самолёта так и не состоялся.
Кэри Грант наотрез отказался от роли Джо Брэдли, посчитав, что слишком стар для романтического дуэта с юной Одри Хепбёрн. Впрочем, это не помешало ему сыграть с ней десять лет спустя в детективе «Шарада» (1963). По другой версии, Грант не захотел сниматься, прекрасно понимая, что всё внимание публики и критиков будет приковано исключительно к принцессе.
Фрэнк Капра отказался от съёмок не в последнюю очередь из-за политических опасений: сюжет во многом опирался на скандальные подробности личной жизни принцессы Маргарет, и режиссёр всерьёз опасался недовольства со стороны британских властей.
Студия Paramount выкупила права на экранизацию у компании Фрэнка Капры Liberty за 35 000 долларов. Сам Капра покинул режиссёрское кресло лишь потому, что посчитал невозможным уложиться в утверждённый студией лимит в 1,5 миллиона долларов.
Слова принцессы Анны о том, что у неё никогда не бывает при себе денег, вовсе не выдумка сценаристов. Представители королевских семей действительно не носят с собой наличные, перекладывая любые финансовые расчёты на плечи сопровождающих помощников.
Настоящим автором истории был внесённый в чёрный список Голливуда Далтон Трамбо, входивший в знаменитую «голливудскую десятку». В качестве прикрытия выступил его коллега Ян Мак-Леллан Хантер: агент продал сюжет Фрэнку Капре под его именем, после чего Хантер написал черновик сценария. Лишь в октябре 1991 года Западная гильдия сценаристов восстановила справедливость, официально признав авторство Трамбо и посмертно присудив ему профессиональную награду, которую в 1954 году разделили Хантер и Джон Дайтон. Премию «Оскар» за лучший литературный первоисточник Хантер тогда проигнорировал, а киноакадемия вернула законную статуэтку Трамбо только в 1993 году. Кроме того, над текстом в Риме тайно работал давний соратник Уайлера Лестер Кёниг, чьё имя тоже не попало в титры из-за политических запретов.
Эта картина принесла Одри Хепбёрн исторический триумф: она стала первой актрисой в истории, сумевшей завоевать за одну и ту же роль «Оскар», «Золотой глобус» и премию BAFTA.
Из-за затянувшегося съёмочного процесса перерасход бюджета составил внушительные 700 000 долларов.
Персонаж Грегори Пека заявляет, что торгует удобрениями, изящно намекая на навоз — именно так кинематографисты в шутку окрестили бульварную жёлтую прессу.
Первой и финальной фразой, которую принцесса Анна произносит в адрес Джо Брэдли, стали слова «Так счастлива».
Это была единственная лента года среди претендентов на главный «Оскар», которая одновременно боролась за победу в номинации «Лучший литературный первоисточник».
В разгар съёмочного процесса оператор Франц Планер тяжело заболел, и за камерой его срочно заменил Анри Алекан.
В 2000 году Американский институт кино включил картину в список номинантов на звание одной из ста самых смешных комедий в истории кинематографа США.
Критики и зрители не раз сравнивали картину со знаменитой лентой «Это случилось однажды ночью», однако корни её сюжета уходят ещё дальше — к повести Марка Твена «Принц и нищий» (1881).
На экране принцесса пробует курить впервые в жизни. В реальности же Одри Хепбёрн пристрастилась к этой привычке за девять лет до съёмок, в 15 лет, и выкуривала одну сигарету за другой.
Для немецкого кинопроката фильму подобрали поэтичное название «Сердце и корона» («Ein Herz und eine Krone»).
Мотив побега знатной особы вовсе не далёк от реальности: в день окончания Второй мировой войны британские принцессы Елизавета и Маргарет тайком выбрались из Букингемского дворца, чтобы раствориться в ликующей уличной толпе и отпраздновать победу вместе со всеми.
Дружба, завязавшаяся между Одри Хепбёрн и Грегори Пеком во время римских съёмок, выдержала испытание временем: актёры оставались близкими людьми вплоть до самой смерти Одри в 1993 году.
Обычно Уильям Уайлер требовал от актёров неукоснительного следования сценарию. Однако, заметив удивительную естественность Одри Хепбёрн и ту невероятную искру, что проскочила между ней и Грегори Пеком, режиссёр сам призвал звёздный дуэт смелее импровизировать перед камерой.
По версии Американского института кино, представленной в 2002 году, картина вошла в сотню величайших историй любви в американском кино.
Грегори Пек не скрывал, что розыгрыш со спрятанной рукой в сцене у «Уст истины» он позаимствовал у комика Реда Скелтона.
В 1987 году на телеэкраны вышел ремейк с Томом Конти и Кэтрин Оксенберг. Исполнительница главной роли связана с монаршей темой не только на экране, но и в жизни: она дочь югославской принцессы Елизаветы, дважды играла принцессу Диану в телефильмах 1982 и 1992 годов, а в сериале «Династия» (1981) её героиня стала супругой вымышленного принца Майкла.
Имя никому не известной тогда Одри Хепбёрн появилось в титрах и на афишах наравне с исполнителем главной роли только благодаря благородству Грегори Пека: опытный актёр сразу разглядел в дебютантке колоссальный талант будущей суперзвезды и настоял на изменении контракта.
Финальный приём снимали в римском Палаццо Колонна, в Большом зале галереи. В центре мраморного лестничного марша, ведущего в зал, прямо в трещине ступени застряло настоящее пушечное ядро — свидетель событий осады Рима 1849 года. Чтобы старинный снаряд не отвлекал внимание зрителей, лестницу на время съёмок застелили ковровой дорожкой.
Картина входила в число любимых фильмов Джона Кеннеди — президент пересматривал её даже в самые напряжённые дни Карибского кризиса, чтобы немного отвлечься.
Так называемая Стена благодарения в Риме состояла из сотен памятных табличек, оставленных горожанами в знак благодарности Мадонне за услышанные молитвы. Тот самый исторический уголок убрали в 1960-х годах, но подобная традиция жива в столице Италии и по сей день — например, на Виале Трастевере.
Эта работа ознаменовала возвращение Уильяма Уайлера к комедийному жанру после долгого перерыва: его предыдущая комедия «Весёлый обман» вышла целых 18 лет назад, в 1935 году.
Знаменитая стрижка «под мальчика» вовсе не была результатом работы ножниц прямо в кадре — к началу съёмок у Одри Хепбёрн уже были короткие волосы. Поэтому для роли принцессы Анны актрисе просто подобрали искусно сделанный парик с длинными локонами, который и срезали в парикмахерской.

Испуг Одри Хепбёрн в знаменитом эпизоде у «Уст истины» был абсолютно неподдельным. Прямо перед мотором Грегори Пек шепнул режиссёру Уильяму Уайлеру, что хочет повторить трюк комика Реда Скелтона и спрятать кисть в рукав пиджака, будто каменная пасть её откусила. Постановщик затею одобрил, а вот актрису предупреждать не стали. Увидев пустой рукав партнёра, Одри истошно закричала от неожиданности — эта великолепная живая реакция и вошла в фильм с первого же дубля.
Прощание принцессы Анны с Джо никак не давалось неопытной дебютантке: Хепбёрн попросту не могла заплакать в нужный момент. После череды неудачных дублей Уильям Уайлер всерьёз рассердился на актрису за потраченное впустую время. Доведённая до отчаяния Одри тут же искренне разрыдалась — камеру включили, и пронзительная сцена была наконец снята.
Кинокритики часто находят много общего между этой картиной и классической лентой Фрэнка Капры «Это случилось однажды ночью» (1934). Сходство действительно налицо: уставшая от золотой клетки знатная беглянка знакомится с предприимчивым журналистом, чья карьера висит на волоске. Репортёр вызывается исполнить мечты незнакомки ради сенсационного материала, способного спасти его репутацию, но взаимное чувство заставляет его отказаться от публикации.
Поклонники ленты давно спорят, посланницей какой именно державы была юная гостья. Целый ряд намёков указывает на Чехословакию: штандарт на борту самолёта службы безопасности украшен патриаршим крестом и грифоном, перекликающимися с чешской геральдикой, а фамилия королевского врача Банохова имеет явное чешское происхождение.

30 ошибок и ляпов

Настоящая чехарда со временем разворачивается на Испанской лестнице. Когда подстриженная Анна выходит на площадь, часы на колокольне показывают 12:35, а идущий следом Джо видит на них уже 12:32. Принцесса садится с мороженым, журналист «случайно» её догоняет, и на общем плане стрелки внезапно перескакивают на 14:40 — хотя между покупкой джелато и их встречей прошло от силы пара минут. Но дальше ещё интереснее: разговор только начался в 14:40, а на крупных планах Брэдли часы на другой колокольне за его спиной показывают уже от 16:55 до 16:58. В финале беседы, когда Джо произносит фразу про законный выходной, стрелки на первой башне волшебным образом возвращаются на 15:50.
Когда Джо плещет выпивкой в Ирвина, на рубашке фотографа расплывается тёмное мокрое пятно. Однако при смене ракурса ткань снова оказывается абсолютно сухой, и за сцену эта метаморфоза успевает повториться дважды.
Во время съёмок поездки на мотороллере отчётливо видно, что актёры вместе с транспортом закреплены на четырёхколёсной платформе: на виражах они наклоняются наружу, а не внутрь поворота, как это неизбежно происходит при реальной езде на двух колёсах. Этот противоестественный крен особенно бросается в глаза на знаменитых туристических открытках с кадрами из фильма.

Принцесса Анна спускается к Испанской лестнице в аккуратно завязанном белом галстуке, но стоит ей присесть, а Джо заговорить с ней — и в следующем же кадре галстук исчезает, а воротник оказывается расстёгнут. Позже, когда пару останавливают возле палаццо Венеция, на шее девушки уже красуется полосатая косынка, с которой она не расстаётся до конца вечера.
Когда Джо Брэдли незаметно крадётся за принцессой по римским улицам, случайные прохожие в кадре вместо естественного поведения в открытую глазеют прямо на съёмочную группу.
Джо перекатывает спящую принцессу с кровати на кушетку, и та сквозь сон бормочет: «Я так счастлива». Однако её губы в этот момент остаются абсолютно неподвижными.
Анна устраивается на парапете перед колокольней с увесистой, щедрой порцией мороженого. Но буквально через мгновение, когда Джо подходит и подсаживается к ней, рожок с джелато оказывается уже почти пустым.
За карточным столом, где мы впервые встречаем Джо и Ирвина, сидят восемь игроков. Ведущий объявляет дро-покер — но сыграть в него такой компанией физически невозможно: после раздачи пяти карт на руках в колоде остаётся всего двенадцать штук, и на полноценный обмен карт (до трёх на человека) колоды просто не хватит. Партия была бы реальна только в стад. Забавно, что после ухода Джо крупье переключается на семикарточный стад — единственный вариант, доступный оставшимся семерым участникам.
Расплачиваясь за джелато, принцесса держит рожок правой рукой, а сдачу убирает в левый карман. Буквально через секунду к ней пристаёт торговец цветами; желая показать пустые карманы, Анна лезет уже в правый карман, хотя деньги только что положила в левый, а само мороженое тем временем волшебным образом переместилось в левую руку.
Кадр, который Ирвин якобы делает во время потасовки на танцплощадке (Анна разбивает гитару о голову тайного агента), совершенно не совпадает с реальным моментом съёмки. По сюжету фотограф упустил первый взмах и кричит девушке: «Врежь ему ещё раз, Смитти!». Та повторяет удар гитарой, Ирвин щёлкает затвором — но на готовом снимке, который мы видим позже, запечатлён именно первый удар, а не второй. Во время повторного удара инструмент уже разбит в щепки, а сам шпион отвернулся почти на 180 градусов и оседает на пол. На фотографии же агент лишь слегка повернул голову влево, гитара ещё цела, а лицо отлично видно — в точности как при первой атаке. Если приглядеться к оригинальной сцене, на первом ударе заметна склейка с пропущенным кадром и хвостик света от фотовспышки: именно этот вырезанный дубль киношники и превратили в «снимок» Ирвина.
Во время романтической поездки на «Веспе» артикуляция принцессы местами совершенно не попадает в произносимый за кадром текст.
Когда пару доставляют к мировому судье после безумных гонок по городу, лицо и блузка Анны покрыты пылью и грязью. Однако из полицейского участка принцесса выходит уже безупречно чистой. Умыть лицо она ещё могла бы успеть, но бесследно отстирать и моментально высушить испачканную блузку в условиях 1953 года было просто нереально.
Прощаясь с принцессой в дверях своей холостяцкой берлоги, Джо уверенно берётся рукой за дверную ручку. При смене ракурса его рука уже опущена вдоль тела, и журналист берётся за ручку повторно.
Во время ночного побега из посольства принцесса прячется в кузове грузовика за деревянной тарой. Пока машина петляет по улочкам, ящики, служащие ей прикрытием, несколько раз заметно меняют форму и расположение.
В сцене поездки в такси оконное стекло за спиной Анны постоянно прыгает: на одних планах его край находится строго на уровне шеи, а на других — перерезает лицо героини посередине.
В экстренных газетных выпусках с новостью о внезапной болезни принцессы использована неестественно гладкая бумага и блестящая типографская краска. Настоящая периодика того времени печаталась на дешёвой матовой газетной бумаге, а киношники воспользовались мелкой партией из коммерческой оперативной полиграфии. Этот предательский глянец реквизита мучил кинематографистов ещё не одно десятилетие, пока не появились современные матовые чернила.
В момент тайного побега Анны из резиденции, когда девушка крадётся через зеркальный зал, в нижнем левом углу экрана на мгновение мелькает голова кого-то из съёмочной группы.
Костюм беглянки живёт своей жизнью. Выйдя от Брэдли, Анна смотрит в витрину цирюльни в застёгнутой рубашке с галстуком, но в кресле мастера манжеты уже подвёрнуты. На выходе из парикмахерской рукава закатаны едва-едва, а у тележки мороженщика — уже задраны выше локтя. На парапет героиня садится в галстуке, но через секунду он исчезает насовсем, а ворот распахивается. На экскурсии по Колизею шея принцессы совершенно открыта, однако сразу после выезда оттуда на шее внезапно материализуется полосатый платок, который так же бесследно испаряется в машине по пути во дворец.
Когда Джо и Анна прощаются в автомобиле, за пассажирским стеклом отчётливо хлещет дождь. Но стоит принцессе выйти наружу, как на улице оказывается совершенно сухо — ни падающих капель с неба, ни луж на мостовой.
Во время финального разговора в квартире мистера Хеннесси Джо слушает босса, держа конверт обеими руками перед собой. Смена ракурса — редактор уходит, а Брэдли уже подпирает бок правой рукой, в которой зажат тот самый конверт.
В квартире Джо, когда тот протягивает Анне пижаму, ткань полностью закрывает её левую руку. Однако при смене ракурса в следующих кадрах рука вокруг пижамы внезапно оказывается совершенно голой.
Проснувшись в холостяцкой берлоге Джо, принцесса Анна интересуется временем, на что хозяин невозмутимо отвечает: «Около половины второго». Забавно, но после этого героиня успевает уйти, дойти до фонтана Треви, подстричься в парикмахерской и дойти до Испанской лестницы — а на часах башни за её спиной красуется время 12:35.
Когда Джо собирается перенести спящую гостью с дивана, одеяло аккуратно лежит на кровати. Но стоит ему подойти к постели с Анной на руках, как оно уже свешивается с изножья.
В спальне посольства расстроенная принцесса Анна устраивает истерику прямо в постели перед молоком с крекерами. При смене плана уровень молока в стакане заметно меняется сам по себе.
После первого поцелуя герои отстраняются друг от друга, и лицо Анны выглядит сухим — лишь по левой щеке стекает одинокая капля. Однако при смене ракурса её правая щека внезапно мокрая, а с кончика носа свисает капля воды. Следующий же кадр возвращает прежний ракурс, и лицо девушки снова сухое.
Во время побега Анны из посольства водитель спрыгивает с грузовика, а рядом с ним видна огромная коробка с яркой надписью CINZANO. Спустя мгновение, когда девушка запрыгивает в кузов на освободившееся место, там стоит уже совершенно другой ящик — с мелким неразборчивым текстом.
В квартире Джо Анна с улыбкой осознаёт, что провела здесь всю ночь, и в этот момент отчётливо видны неровные верхние резцы с заметной щербинкой. Зато в финальной сцене ленты улыбка героини выглядит совершенно иначе: зубы ровные, заметно крупнее, а от диастемы не осталось и следа.
Когда Джо и Анну на мотороллере тормозит полиция на площади Венеции, геометрия сцены рассыпается. Угол, у которого припарковался Ирвин, чтобы тайком сфотографировать принцессу, не совпадает с реальным окружением героев. Здание, из-за которого выглядывает фотограф на крупном плане, отсутствует на общем плане позади Джо и Анны, да и самого Ирвина на углу сразу после щелчка затвора не видно.
Продавец цветов называет цену по-итальянски как mille lire (тысяча лир), но тут же переводит её на английский совершенно иначе, заявляя туристке: «Пять тысяч».

В первой же сцене во дворце после прощания с Джо причёска принцессы Анны ведёт себя нестабильно: стоит камере переключиться со среднего плана на крупный, как укладка её чёлки тут же меняется.