Фильм

Годзилла (1954) смотреть онлайн HD

Name: Годзилла
Genre: Триллер, Ужасы, Фантастика
Released: 1954-11-03
Duration: 96 min
Rating: 7.6
Cast: Акира Такарада, Момоко Коти, Акихико Хирата, Такаси Симура, Фуюки Мураками

ゴジラ 12+

★ 7.6 IMDb 45 000 голосов ★ 6.8 Кинопоиск 7 804 голоса

«Годзилла, порождение науки, великая битва трепета и ужаса!» «Godzilla, a weapon of science, a great battle of wonder and terror!»

Триллер Ужасы Фантастика

Про море и пиратов

Страна: Япония
Год: 1954
Премьера: 3 ноября 1954
Длительность: 1 ч 36 мин
Изображение: Чёрно-белое
Режиссёр: Исиро Хонда
Сценарий: Такэо Мурата, Сигэру Каяма, Томоюки Танака, Эйдзи Цубурая, Исиро Хонда
Качество: BDRip

Оцените фильм

Озвучки Любительский одноголосый

Оригинал японский

О фильме «Годзилла»

Вблизи японского острова Одо тонут корабли, а рыбаки возвращаются домой с пустыми сетями. К месту событий сначала прибыли репортёры, а потом и исследователи. Активно распространяются слухи об океанском монстре — Годзилле, поднявшемся из глубины.

Чудовище имеет высоту около 50 метров и оставляет радиоактивный след. Этот ранее неизвестный вид динозавра спал миллионы лет и был разбужен испытаниями водородной бомбы.

Действия Годзиллы уже привели к масштабным разрушениям и гибели людей. Поэтому его пытаются убить глубинными бомбами. Некоторое время даже считается, что план сработал, пока монстр опять не даёт о себе знать: на этот раз цель нападения Годзиллы — Токио.

Остановить монстра может доктор Сэридзава: у него есть секретная разработка под названием «Разрушитель кислорода». Применение формулы противоречит принципам учёного, кроме того он боится, что его достижение попадёт не в те руки. Сэридзава переступает через принципы, но предпринимает беспрецедентные меры предосторожности…

В ролях

Акира Такарада Хидэто Огата

Момоко Коти Эмико Яманэ

Акихико Хирата Дайсукэ Сэридзава

Такаси Симура Кёхэй Яманэ

Фуюки Мураками Профессор Танабэ

Сатио Сакаи Хагивара

Тораносукэ Огава Директор судоподъёмной компании

Рэн Ямамото Масадзи Ямада

Хироси Хаяси Председатель парламентского комитета

Сэйдзиро Онда Депутат Ояма

Кейдзи Сакакида Мэр Инада

Кокутэн Кодо Старейшина острова Одо

Кин Сугаи Госпожа Одзава

Тамаэ Каваи Житель острова Одо

Цуруко Мано Куни Ямада

Кадры

35 кадров Все кадры →

Афиши

59 афиш Все афиши →

84 интересных факта

Звукорежиссёры студии Toho долго экспериментировали с голосами различных зверей, но ни один рык не подходил существу столь колоссальных размеров. Выход нашёл композитор Акира Ифукубэ: он провёл грубой кожаной перчаткой, покрытой смолой, по струнам контрабаса, а затем наложил на получившийся звук реверберацию. Громоподобную поступь чудовища воссоздали с помощью ударов узловатой верёвкой по литаврам.
Во время разрушительного шествия по центру Токио ящер сносит хвостом старый театр «Нитигэки». По слухам, этот эпизод настолько напугал зрителей, сидевших в зале того самого здания, что некоторые в панике бросились к выходу из кинотеатра.
Популярная байка гласит, что режиссёр Исиро Хонда и постановщик спецэффектов Эйдзи Цубурая поднялись на смотровую площадку одного из токийских небоскрёбов, чтобы наметить маршрут разрушений. Разговор кинематографистов услышали другие посетители и не на шутку перепугались, после чего обоих задержала полиция для допроса.
Вопреки распространённому мифу, эта картина вовсе не поставила кинокомпанию Toho на грань разорения на пару с лентой «Семь самураев» (1954). Сторонники этой теории забывают о третьем блокбастере того же года — фильме «Самурай: Мусаси Миямото» (1954). Все три проекта действительно стали самыми дорогими в истории японского кинематографа на тот момент и несли колоссальные финансовые риски, но реальной угрозы банкротства не возникло. Из 68 картин, выпущенных Toho в 1954 году, именно эти три релиза оказались наиболее коммерчески успешными, заняв верхние строчки проката в указанном порядке.
Режиссёр Джордж Лукас признавался, что миниатюры из этой ленты послужили источником вдохновения при создании спецэффектов для киносаги «Звёздные войны».

В 2004 году, когда знаменитому кайдзю исполнилось 50 лет, гигантский ящер удостоился собственной звезды на Аллее славы в Голливуде.
Внутри резинового облачения монстра царила невыносимая духота, и исполнитель роли Харуо Накадзима регулярно падал в обморок. Под палящими софитами температура в костюме подбиралась к 60 градусам Цельсия, а после съёмок из него нередко выливали целую чашку пота. Постановщик трюков и эффектов Тэруёси Накано с восхищением вспоминал стойкость актёра: «Внутри было темно, одиноко и жутко тесно — обычный человек там быстро поддался бы панике. Летом костюм превращался в сущий ад, но Накадзима терпел всё: нырял под воду, оказывался погребённым под завалами и стоял среди взрывов пиротехники. И каждую секунду он оставался Годзиллой».
Акира Куросава, друживший с Исиро Хондой всю жизнь, включил ленту в число своих самых любимых фильмов. Обсуждая сюжет с дочерью, он заметил: «Представь, что появляется чудовище масштабов Годзиллы. Большинство людей наплевали бы на долг и просто сбежали! А в фильме герои действуют честно, самоотверженно и ведут за собой остальных. В этом весь Хонда, за то и люблю». Позже классик добавлял, что ленты Хонды неизменно покоряли зрителей искренностью постановки. Сам Накадзима вспоминал, что Куросава время от времени заглядывал на съёмочную площадку, чтобы понаблюдать за процессом.
Использовать покадровую кукольную анимацию не позволило время: в Японии почти не было мастеров нужной квалификации, а плотный график студии Toho исключал долгие эксперименты. В итоге Эйдзи Цубурая разработал технику «сьютмейшн» — съёмку актёра в полноразмерном костюме среди макетов. Это позволило сохранить колоссальный масштаб чудовища: для крошечной куклы потребовались бы совсем мелкие декорации, что снизило бы детализацию разрушений. Впрочем, кукольная анимация в фильме всё же есть, но лишь в паре коротких сцен — при аварии машины и для демонстрации подёргивания кончика хвоста.
Мнение о том, что имя монстра придумали американские прокатчики, ошибочно: англоязычный вариант Godzilla предложил международный отдел самой студии Toho для адаптации японского «Годзира». Это написание фигурировало в экспортном каталоге студии ещё в 1955 году — задолго до того, как ленту приобрёл продюсер Джозеф Э. Левайн для выпуска под названием «Годзилла, король монстров!» (1956). Американцы лишь закрепили привычное западное произношение, тогда как эксклюзивные права на торговую марку всегда принадлежали Toho.
Завязка картины вдохновлена реальной трагедией японской рыболовецкой шхуны «Фукурю-мару № 5». Экипаж судна и улов попали под радиоактивные осадки после испытания американской водородной бомбы на атолле Бикини в рамках операции «Касл Браво». Инцидент вызвал мощнейший резонанс в японском обществе, особенно после того, как радист Айкити Кубояма скончался от лучевой болезни.
На момент премьеры лента замыкала тройку самых дорогих картин японского кинематографа, уступая лишь картинам «Семь самураев» (1954) и «Самурай: Мусаси Миямото» (1954), снятым той же студией. При этом стартовая смета у фантастического фильма была выше, однако самурайские драмы сильно выбились из бюджета во время съёмок. В золотой век 1950-х и начала 1960-х жанр кайдзю оставался для Toho наиболее затратным предприятием, окупавшимся только благодаря экспорту на зарубежные рынки.
Из-за невероятной сложности комбинированных съёмок авторы заранее нарисовали подробные раскадровки для абсолютно всех сцен картины. Считается, что для японской киноиндустрии это был первый подобный опыт.
Имя монстра возникло из слияния японских слов «горира» (горилла) и «кудзира» (кит), олицетворяя невероятную физическую мощь и колоссальные размеры. Легенда о том, будто кличку позаимствовали у реального дородного работника студии Toho, не более чем миф: никаких подтверждений его существования нет, а детали истории постоянно менялись. По воспоминаниям вдовы режиссёра, Кими Хонды, мифический крепыш был всего лишь локальной шуткой между её мужем и продюсером Томоюки Танакой.
Лента претендовала на звание лучшего фильма года от ассоциаций японских кинокритиков, но уступила шедевру «Семь самураев» (1954). Впрочем, мастер спецэффектов Эйдзи Цубурая без награды не остался, забрав приз за технические достижения. Бытует заблуждение, будто картину номинировала Японская киноакадемия, однако сама эта премия появилась лишь в 1978 году, спустя почти четверть века после релиза.
Оператор Масао Тамаи, прославившийся сотрудничеством с Микио Нарусэ, согласился возглавить съёмочную группу лишь на условии, что с ним перейдёт вся его привычная команда, а решающее слово по визуальной части останется за ним. Именно он настоял на том, чтобы вырезать эпизод первого появления ящера с окровавленной тушей коровы в пасти. Отсмотрев черновой материал, оператор счёл кадры излишне натуралистичными и убедил Исиро Хонду отказаться от них. Эйдзи Цубурая поддержал это решение, посчитав, что сцена выглядит неубедительно.
Первые отзывы японской прессы оказались весьма прохладными: издание Kinema Junpo ругало картину за излишнюю мрачность, а газета Chugoku Shimbun осталась недовольна социальной критикой. Напротив, критики из Mainichi Shimbun горячо приветствовали антивоенный и антиядерный посыл. Сам Исиро Хонда вспоминал, что зрители поначалу сочли ленту странной, а вышедший следом сиквел «Годзилла снова нападает» (1955) приняли куда теплее. Со временем статус картины кардинально изменился: сегодня она стабильно входит в списки величайших шедевров мирового кино, заняв 20-е место в исторической сотне журнала Kinema Junpo и 27-ю строчку в масштабном опросе 370 местных критиков.
Идея фильма осенила продюсера Томоюки Танаку во время перелёта из Индонезии. Глядя в иллюминатор на океан, он задумался о том, кто может таиться на глубине: «Что, если в районе атолла Бикини дремлет исполинский монстр, которого разбудят испытания водородной бомбы? Радиация изменит его, наделив страшными свойствами, и в конце концов чудовище нападёт на Японию».
Поскольку в Японии ничего подобного раньше не снимали, создатели первого костюма увлеклись внешним видом и совершенно забыли об анатомии человека. Залезть внутрь можно было только через спинной разрез под гребнями, застёгивавшийся на крючки с кольцами, а грубые внутренние края до крови сдирали кожу. Актёр Харуо Накадзима с трудом мог сделать хоть шаг, ведь первая версия весила внушительные 104 килограмма. Позже для съёмок изготовили второй вариант, ставший чуть легче — около 91 килограмма.
Режиссёр Джон Карпентер, с детства влюблённый в эту историю, делился воспоминаниями: «Я впервые посмотрел этот фильм восьмилетним мальчишкой в 1956 году. Меня поразили не столько разрушения на экране, сколько гнетущее чувство неизбывного ужаса, трагедии и тоски. Япония — единственная страна, пережившая кошмар ядерных бомбардировок, и фильм виртуозно передал боль целого народа, пусть и спрятал её под маской фантастического боевика о гигантском монстре».
В сентябре 1954 года прямо во время съёмок на север Японии пролился радиоактивный дождь, вызванный советскими ядерными испытаниями: осадки загрязнили колодцы и погубили урожай овощей. Не исключено, что именно это пугающее событие подсказало идею для эпизода, где профессор Танабэ (Фуюки Мураками) предостерегает жителей острова Ото от употребления колодезной воды.
На ранних этапах работы над обликом монстра художники всерьёз рассматривали вариант сделать его голову похожей на ядерный гриб.
Подводные эпизоды с Годзиллой снимали «всухую»: между объективом камеры и актёром Харуо Накадзимой в костюме монстра просто установили аквариум с плавающими рыбками. Этот материал смонтировали с настоящими съёмками водолазов на глубине и аналогичными «сухими» сценами с участием Огаты и Сэридзавы. Руководивший процессом Исиро Хонда прекрасно знал специфику подобной работы: его полнометражный дебют был посвящён ныряльщицам ама и стал первой в истории японского кино картиной с подводными съёмками.
Принято считать, что костюм кайдзю был резиновым, однако из-за острой нехватки латекса в послевоенной Японии его первоначально вылепили из готовой бетонной смеси — об этом позже вспоминал сам исполнитель роли монстра Харуо Накадзима. Двигаться в такой неподъёмной броне оказалось практически невозможно, поэтому авторы создали второй вариант, применив жидкий пластиковый полимер. Именно он задействован в большинстве эпизодов, а забракованный первый костюм попросту распилили пополам и использовали его нижнюю часть для съёмок ног крупным планом.
Лента породила более трёх десятков продолжений и удерживает абсолютный мировой рекорд как самая долгоиграющая непрерывная кинофраншиза, выпускаемая одной студией.
Колонны солдат, марширующие к побережью на перехват Годзиллы, не были массовкой — режиссёр запечатлел настоящие подразделения Сил самообороны Японии прямо во время проходивших военных учений.
Знаменитая башня с часами, которую Годзилла безжалостно сносит в одной из сцен, принадлежит универмагу «Вако». Здание построили в токийском квартале Гиндза ещё в 1932 году, и оно благополучно стоит там по сей день — вместе с отреставрированными часами.
У японских фанатов франшизы есть давняя традиция придумывать прозвища каждому новому костюму ящера, которую позже переняли и американские поклонники. Образ из дебютной картины получил кодовое имя «СёдайГодзи» — гибрид слов «Годзира» и «сёдай», что переводится с японского как «первое поколение».
В первоначальных набросках сценария доктор Яманэ выглядел куда более мрачным и даже зловещим персонажем: авторы всерьёз планировали сделать его саботажником, который тайком проникает в пункт управления высоковольтной сетью и срывает операцию военных по уничтожению монстра ударом тока.
Лишь в 2004 году благодаря компании Rialto Pictures американские зрители впервые с 1955 года смогли увидеть фильм в оригинальной японской версии. Для этого исторического проката ленту отреставрировали и снабдили новыми английскими субтитрами.
Картина пользовалась поистине колоссальным спросом: во время первого проката в кинотеатры пришло порядка 11% населения всей Японии. Этот кассовый триумф до сих пор удерживает фильм на 22-й строчке в списке самых посещаемых картин за всю историю японского проката и на втором месте внутри самой франшизы.
Варианты внешности Годзиллы во многом походили друг на друга, но художники долго экспериментировали с фактурой его кожи: один макет покрывали гигантскими бородавками, другой больше напоминал аллигатора. В итоге монстру подарили знаменитую каменистую шкуру, которая символизировала ожоги от ядерных взрывов, разбудивших гиганта. Точнее, авторы воспроизвели специфические келоидные рубцы — страшное напоминание об атомных бомбардировках Хиросимы и Нагасаки, изувечивших выживших «хибакуся».
Чтобы в деталях воссоздать разрушаемый Токио в масштабе 1:25, декораторам пришлось изготовить свыше полутысячи миниатюрных зданий из дерева, гипса и стекла. Поскольку архитектурные чертежи киношникам предоставить отказались, всю планировку инженерам студии пришлось восстанавливать на глаз. Дома, предназначенные под снос, заранее аккуратно подпиливали изнутри, а чугунные крошечные автомобили приводили в движение фортепианными струнами. Все декорации монтировали на специальных высоких помостах ради съёмки с нижних точек. Исполнявший роль монстра Харуо Накадзима признавался, что ступал среди этих макетов с замиранием сердца: цена одного крошечного здания порой превышала его месячный гонорар. Да и работа шла мучительно медленно — команда могла целый день выстраивать декорацию ради нескольких секунд готового материала.
Хотя отдельные картины из Страны восходящего солнца (прежде всего «Расёмон» (1950)) и раньше тепло принимались за рубежом, именно оригинальный фильм «Годзилла» (1954) стал первым по-настоящему глобальным поп-культурным феноменом из Японии, прогремевшим на весь мир. Лента открыла дорогу на Запад бесчисленным произведениям японской медиакультуры. Не последнюю роль в этом триумфе сыграла перемонтированная американская версия под названием «Годзилла, король монстров!» (1956), получившая в те годы широчайший международный прокат.
Сценаристы планировали включить в картину флешбэк из юности Эмико и Сэридзавы, который подробнее раскрывал бы их непростые взаимоотношения. Однако на стадии финального монтажа сцену безжалостно вырезали, решив, что она сбивает напряжённый ритм повествования.
В книге Дона Шея «Создание „Парка Юрского периода“» (1993) Стивен Спилберг признался, что черпал вдохновение в американской версии картины — «Годзилла, король монстров!» (1956). По словам режиссёра, это непревзойдённый шедевр среди фильмов про доисторических ящеров, заставлявший безоговорочно поверить в происходящее на экране. Кроме того, Спилберга восхитило то, как создатели превратили фантастическое чудовище в глубокую метафору.
Рождению кайдзю предшествовала неудача: продюсер Томоюки Танака был вынужден спешно закрыть совместный японско-индонезийский проект под названием «В тени славы». Сюжет новой ленты подсказала трагедия, разыгравшаяся 1 марта 1954 года. Тогда японский рыболовецкий сейнер «Фукурю-мару № 5» («Счастливый дракон») случайно оказался близ тихоокеанского атолла Бикини прямо во время американского испытания водородной бомбы «Касл Браво», в результате чего команда и весь улов подверглись сильнейшему радиоактивному облучению.
Знаменитый мастер покадровой анимации Рэй Харрихаузен долгие годы затаивал обиду на создателей Годзиллы, считая их детище неприкрытым подражанием фильму «Чудовище с глубины 20 000 саженей» (1953), для которого он оживил динозавра редозавра. Мультипликатор не подозревал, что японские кинематографисты никогда и не отрицали источников своего вдохновения. Впрочем, продюсер Томоюки Танака утверждал, что на студии Toho американскую ленту на тот момент никто попросту не видел — до японских экранов она добралась лишь спустя несколько месяцев после премьеры их собственного фильма.
Картина стала одной из первых японских кинолент, допущенных к прокату в Южной Корее после того, как многолетняя напряжённость между соседними странами пошла на спад.
Внешний облик доисторического титана во многом навеян работами чешского палеохудожника Зденека Буриана — в частности, его иллюстрациями к ранним реконструкциям игуанодона начала XX века. Авторы практически дословно позаимствовали у Буриана осанку чудовища, характерное положение его лап и общую структуру чешуи, а также складки на коже, которые Зденек Буриан всегда подробно прорисовывал у своих ящеров.
Внешность культового кайдзю соткана из черт сразу трёх доисторических ящеров: силуэт художники Toho позаимствовали у тираннозавра, позу и форму лап взяли у игуанодона, а знаменитые спинные гребни достались чудовищу от стегозавра. Наглядным пособием при разработке дизайна служили обычные иллюстрации из старых журналов.
Режиссёр Мартин Скорсезе давно причисляет себя к преданным поклонникам этой картины и фантастических лент Исиро Хонды в целом. Познакомившись с японским постановщиком на съёмках фильма «Сны» (1990), Скорсезе признался, что буквально вырос на его творчестве. Позже американский мэтр даже написал предисловие к биографии Хонды, назвав его работы фильмами, которые будоражили воображение целого поколения юных зрителей.
Из спины оригинального костюма монстра тянулись три кабеля: пара отвечала за движение глаз, а третий открывал и закрывал пасть, за что на площадке отвечал мастер Эйдзо Каймаи. Для сиквела «Годзилла снова нападает» (1955) создали второй костюм, куда всю механику с питанием от аккумуляторов встроили прямо внутрь. Из-за этого обновлённые доспехи стали ещё тяжелее первой версии.
Необычная деталь анатомии Годзиллы — уши, свойственные скорее млекопитающим, чем рептилиям. В раннем черновике сценария даже присутствовал эпизод, где монстр слышит бой башенных часов и с яростью крушит постройку. В эпоху Сёва (с 1962 по 1975 год) уши монстру убрали, чтобы придать ему более хладнокровный чешуйчатый облик, однако в эпоху Хэйсэй начиная с 1984 года создатели вернули кайдзю эту узнаваемую черту.
Мастер спецэффектов Эйдзи Цубурая с самого начала вынашивал идею сделать Годзиллу гигантским осьминогом. Хотя от концепции отказались, режиссёр позже воплотил свою мечту в лентах «Кинг-Конг против Годзиллы» (1962), «Франкенштейн против Барагона» (1965) (где эпизод в итоге вырезали) и «Чудовища Франкенштейна: Санда против Гайры» (1966). Морское чудище даже обрело собственное имя — Оодако, успело засветиться в телесериале «Ультра Q» (1965) и всерьёз рассматривалось на роль одного из противников Годзиллы в блокбастере «Годзилла: Финальные войны» (2004).
Спусковое устройство «Разрушителя кислорода» в картине до мелочей напоминает внутреннюю конструкцию имплозивного заряда тех самых атомных бомб, которые в 1945 году были сброшены на Хиросиму и Нагасаки.
Соединённые Штаты прямо в картине не называются, однако доктор Яманэ открыто говорит о радиоактивном изотопе стронция — неизбежном следе ядерных испытаний, а в диалогах напрямую звучит Нагасаки. Современникам намёк был понятен без лишних слов: в то время ядерные взрывы в тихоокеанских водах неподалёку от Японии проводила только одна сверхдержава.
Хотя лента стала первым появлением кайдзю на экранах, фактический дебют персонажа состоялся в радиоэфире. С 17 июля по 25 сентября 1954 года радиостанция Nippon Broadcasting транслировала многосерийный радиоспектакль «Монстр Годзилла», написанный по мотивам раннего сценарного наброска Такэо Мураты.
Лента бережно отреставрирована и издана престижным лейблом Criterion Collection под номером 594, а также включена в масштабный коллекционный бокс-сет фильмов эпохи Сёва под юбилейным номером 1000.
Женщины с обнажённой грудью, мелькающие на острове Одо, — пожилые ныряльщицы ама. В Японии эти отважные жительницы прибрежных деревень веками добывали жемчуг и морепродукты, погружаясь на глубину исключительно на задержке дыхания.
Изначально расклад актёров был иным: Акира Такарада должен был сыграть Сэридзаву, а Акихико Хирате предназначалась роль Огаты. Режиссёр Исиро Хонда рассудил, что трагический и мрачный образ одноглазого учёного лучше удастся Хирате, и решил поменять актёров ролями.
Бюджет картины обещал стать грандиозным, поэтому продюсер Томоюки Танака стремился свести творческие риски к минимуму. Закладывать сюжетную основу он доверил Сигэру Каяме — одному из самых популярных и признанных японских мастеров остросюжетной прозы начала 1950-х годов.
На закрытом предварительном показе ленты для сотрудников студии Toho, сопровождавшемся традиционным синтоистским обрядом очищения, присутствовал легендарный Тосиро Мифунэ.
На съёмках образ исполина примеряли двое: Кацуми Тэдзука и Харуо Накадзима. Позже Накадзима вспоминал, что его напарник просто не выдержал колоссальных нагрузок тяжеленного костюма, поэтому львиную долю экранного времени монстра сыграл именно он, низведя коллегу до роли простого помощника. Сам Тэдзука эти откровения так и не прокомментировал: к концу 1960-х он навсегда исчез из поля зрения кинематографистов.
В сцене, где Огата отменяет свидание с Эмико, зрители могут рассмотреть буклет: влюблённые собирались пойти на концерт Будапештского струнного квартета. Это не выдумка реквизиторов — знаменитый коллектив действительно гастролировал по Японии в 1954 году.
Действие на острове Одо планировали показать куда подробнее. Сценаристы хотели отправить доктора Яманэ вместе с дочерью и Огатой на кладбище жертв тайфуна, сопутствовавшего выходу чудовища, что лучше раскрыло бы дружбу семьи учёного с Синкити. Другой нереализованный эпизод разворачивался на побережье, где пара должна была в ужасе застыть при виде гигантского хвоста, хлещущего по морским волнам.
Актёр Ёсио Цутия буквально разрывался между площадками: будучи занятым на съёмках шедевра «Семь самураев» (1954), он при любой возможности сбегал поглазеть, как создаётся лента о Годзилле. Сниматься там он не мог из-за строгого контракта с Акирой Куросавой, зато выпросил себе роль в сиквеле «Годзилла снова нападает» (1955).
Разрушение Токио снимали на специальном возвышении, чтобы направить объектив снизу вверх для иллюзии исполинского масштаба. Пол декораций покрыли слоем штукатурки по дереву: от веса шагающего монстра покрытие должно было продавливаться, оставляя реалистичные глубокие следы. Задумка едва не сорвала съёмки — каскадёры спотыкались о выбоины и кубарем летели на хрупкие миниатюрные макеты, из-за чего разрушенные домики приходилось раз за разом собирать заново, пока от затеи со следами не отказались.
Отдел спецэффектов Toho буквально захлёбывался от параллельной работы над несколькими проектами, и людей катастрофически не хватало. В этой спешке знаменитый постановщик трюков Эйдзи Цубурая устроил на студию своего сына Хадзимэ, для которого работа ассистентом оператора стала билетом в большой кинематограф.
Изначально постановку грандиозного фильма о чудовище руководство киностудии планировало поручить Сэнкити Танигути — близкому другу как Исиро Хонды, так и Акиры Куросавы.
Соглашаясь на роль Годзиллы, Харуо Накадзима наивно полагал, что ему предстоит надеть нечто вроде легких самурайских доспехов, привычных по историческим картинам студии Toho. Он и представить не мог, каким изнурительным испытанием на самом деле обернутся эти съёмки.
Режиссёр американской адаптации «Годзилла, король монстров!» (1956) Терри О. Морс так проникся оригинальной японской лентой, что бережно хранил её прокатную копию в личной коллекции.
Производство картины в 1954 году обошлось студии примерно в 900 тысяч долларов. С учётом инфляции сегодня этот бюджет составил бы внушительные 9 миллионов долларов.
Сигнал бедствия с тонущего рыболовного судна принимается на частоте с маркировкой «500 kc/s» (килоциклов в секунду). Эти 500 кГц служили международным стандартом экстренной радиосвязи на азбуке Морзе почти весь XX век, пока в 1988 году им на смену не пришла глобальная спутниковая система безопасности на море.
В премьерный день лента побила рекорд посещаемости среди всех картин кинокомпании Toho. Кими Хонда, супруга режиссёра Исиро Хонды, с восторгом вспоминала гигантскую очередь у токийского кинотеатра «Нитигэки», огибавшую здание три раза. За невероятный зрительский успех президент студии лично выразил Хонде благодарность — случай для руководства абсолютно исключительный.
Чтобы придать движениям кайдзю естественную мощь и повадки дикого зверя, исполнитель роли монстра Харуо Накадзима регулярно ходил в зоопарк и часами наблюдал за крупными животными. А для вдохновения актёр пересматривал классического «Кинг Конга» (1933) из личного фильмофонда мастера спецэффектов Эйдзи Цубураи.
Режиссёр Хидэаки Анно признавался, что считает ленту своим любимым фильмом о чудовищах и эталоном жанра токусацу. Позже Анно открыл музей, посвящённый этому виду японских спецэффектов, а со временем снял и собственный проект о радиоактивном монстре — «Истинный Годзилла» (2016).
Ещё в 1990-х компания Criterion хотела выпустить аутентичный японский оригинал на LaserDisc. Если бы проект тогда состоялся, зрители впервые в истории смогли бы увидеть оригинальную версию на домашнем видео за пределами Японии.
Съёмочный процесс был чётко разделен между тремя группами. Команда «А» под началом Исиро Хонды снимала чисто игровые сцены с актёрами, бригада «Б» во главе с Эйдзи Цубураей колдовала над спецэффектами и эпизодами с монстром, а группа «В», возглавляемая Хироси Мукоямой, отвечала за комбинированные кадры, соединяя натурные съемки с трюковыми.
На пресс-конференции, где учёные официально объявляют миру о существовании монстра, в качестве прецедента упоминается йети — легендарный гималайский снежный человек. Занятно, что следующей картиной Исиро Хонды стала как раз лента об этом существе — «Чудовищный снежный человек» (1955), которую в 1958 году выпустили в американский прокат под названием «Half Human» в урезанном и перекроенном виде.
Габариты доисторического ящера разнятся от фильма к фильму ради сюжетной выразительности. В этой картине костюмы и миниатюрные декорации создавали в масштабе от 1/25 до 1/50, а снимали со скоростью 240 кадров в секунду для эффекта исполинского величия. Рост монстра составлял 50 метров, что позволяло ему возвышаться над высочайшими зданиями тогдашнего Токио. Однако в американской адаптации «Годзилла, король монстров!» (1956) чудовище увеличили до 122 метров: продюсер Джозеф Э. Левайн счёл прежнюю цифру не слишком впечатляющей. По мере того как японская столица обрастала высотками, студия Toho сделала Годзиллу стометровым, а по официальным характеристикам его вес колебался от 20 до 60 тысяч тонн.
Популярный миф гласит, что замысел картины родился у Исиро Хонды во время пешей прогулки по руинам Хиросимы: потрясённый следами невидимой разрушительной силы, вернувшийся со службы фронтовик якобы решил воплотить ядерную угрозу в образе гигантского чудовища. Эту байку годами цитировали книги и пресса, и она даже попала в серию «Тагумо атакует!» фантастического сериала «Легенды завтрашнего дня» (2016). Опровергли её киноведы Эд Годзишевский и Стив Райфл в биографии режиссёра лишь в 2017 году: Хонда не исследовал город пешком, а всего лишь проезжал мимо на поезде, сделавшем короткую остановку возле оцепленной защитной стеной Хиросимы.
Из всей классической эпохи Сёва только этот фильм и японский вариант картины «Кинг Конг против Годзиллы» (1962) удостоились качественной плёночной реставрации. Издавая коллекционный бокс-сет франшизы на Blu-ray, компания Criterion получила обновлённую копию оригинального шедевра, но не смогла провести реставрацию и цветокоррекцию остальных частей: студия Toho предоставила им лишь устаревшие исходники формата HiVision, а готовую 4K-версию схватки с Кинг-Конгом передать отказалась.
Легендарный Акира Куросава причислял эту картину к сотне своих самых любимых фильмов, список которых был опубликован уже после смерти мастера.
В 1992 году в беседе с журналом Cult Movies режиссёр Исиро Хонда так объяснял выбор визуального стиля ленты: «Сценарий опирался на повесть Сигэру Каямы, но главным для нас было ответить на один простой вопрос: что случится, появись такое чудовище на самом деле? Поначалу я планировал подробнее показать действия властей, однако важнее было передать чистый ужас и шок. В итоге мы свели конфликт лишь к попыткам группы учёных обуздать катастрофу. Вся суть сводилась к мысли: существо пришло, а мы бессильны, нам нечего противопоставить! Передать панику перед неизбежным казалось первостепенной задачей, отсюда и псевдодокументальная манера съёмки. Места для привычного драматизма просто не оставалось. К тому же у нас банально не хватало павильонов и подходящей натуры — мы знали об этих ограничениях с самого начала. Мы хотели показать подлинное безумие ситуации, и даже современные дети, родившиеся спустя десятилетия, смотрят фильм и всё равно ощущают этот первобытный страх».
Во время научной презентации в кадре мелькают изображения тираннозавра и бронтозавра. Это репродукции знаменитой настенной фрески «Век рептилий», написанной художником Рудольфом Заллингером для Музея естественной истории при Йельском университете.
Из-за острой нехватки опытных специалистов студия Toho привлекала мастеров со стороны. Так, из компании Shintoho пригласили дизайнера и чертёжника Ясуюки Иноуэ, который в итоге остался на студии на всю жизнь, возглавил художественный цех отдела комбинированных съёмок и стал правой рукой легендарного Эйдзи Цубураи.
Сама студия Toho держит финансовые отчёты в тайне, однако аналитики индустрии оценивают общую стоимость франшизы в 4,5–5 миллиардов долларов с учётом мировых сборов японских и американских картин, а также двух миллиардов долларов от мерчендайза голливудской киновселенной Monsterverse от Legendary. По словам эксперта Starlight Runner Entertainment Джеффа Гомеса, это делает бренд более прибыльным, чем «Терминатор», «Охотники за привидениями», «Друзья», «Индиана Джонс», Minecraft или «Планета обезьян».
Лента заслуженно входит в топ-250 лучших фильмов ужасов по версии пользователей киноплатформы Letterboxd.
По радио озвучивают точные географические координаты пробуждения гигантского монстра: между 138° и 138°7' восточной долготы и 33°4' и 33°8' северной широты, неподалеку от островного городка Хатидзё.

Практически все опоры линий электропередач для съёмок собрали из стали, кроме тех, что должны были погибнуть под атомным лучом монстра. Их изготовили из воска. Чтобы показать разрушительный жар, пиротехники и бутафоры плавили макеты потоками горячего воздуха, подсвечивая раскалёнными софитами для эффекта ослепительного белого свечения.
Едва появившись на экране во время парламентских слушаний по трагедии на острове Одо, доктор Кёхэй Яманэ в исполнении Такаси Симуры смущённо замечает, что его галстук выбился наружу, и торопливо прячет его под пиджак. Эта редкая для мрачной картины крупица юмора превратилась среди японских фанатов в культовый жест. Создатели ленты «Годзилла: Миллениум» (1999) даже оставили к ней пасхалку: во время армейского брифинга персонаж Сиро Миясаки точь-в-точь повторяет эту неловкую заминку с галстуком.
Создатели фильма рассматривали альтернативный финал: оженившиеся Эмико и Хидэто Огата летят над Токийским заливом на вертолёте и бросают траурный венок в волны, отдавая дань памяти доктору Сэридзаве. Однако Исиро Хонда решил вырезать этот эпизод, посчитав, что самопожертвование учёного ради победы над монстром и сохранения тайны Разрушителя кислорода уже получило в сюжете достойную кульминацию.
Сцена разгрома здания парламента далась съёмочной группе с огромным трудом: макет приходилось воссоздавать заново несколько раз. Первую копию мастера кропотливо собирали больше месяца, но Эйдзи Цубурая забраковал результат и велел всё сломать и переделать. Когда же декорацию наконец выставили на площадку, каскадёр Кацуми Тэдзука в костюме ящера споткнулся в первый же дубль, разнёс постройку раньше времени и вдобавок сильно ушиб челюсть.

20 ошибок и ляпов

Ведущий палеонтолог Японии доктор Кёхэй Яманэ и другие персонажи хором утверждают, будто юрский период был всего 2 миллиона лет назад. В реальности экранные эксперты промахнулись на добрых 143,5 миллиона лет.
Во время съёмок пиротехника подожгла костюм Годзиллы. Внимательный зритель успеет заметить, как перед самой сменой кадра задыхающийся актёр отчаянно размахивает руками, пытаясь сбить пламя.
Доктор находит на следах чудовища трилобита и относит его к юрскому периоду (от 199,6 до 145,5 миллиона лет назад). Вот только эти членистоногие вымерли задолго до юры: они населяли планету с кембрия (от 538,8 до 485,4 миллиона лет назад) по пермский период (от 298,9 до 251,902 миллиона лет назад).

Прибор, призванный разрушать свободный кислород в водной среде, где его содержится 88% по объёму, максимум довёл бы фауну до удушья, а вовсе не растворил бы её до костей. Более того, раз Годзилла способен дышать под водой, ему достаточно было задержать дыхание и всплыть прямо под килем корабля создателей этого чудо-разрушителя.
На крупных планах монстра играл не каскадёр, а ручная кукла. Подмену легко выдать: у этой версии совершенно иной разрез глаз, крошечные лапки и куда более рельефные шипы на голове, чем у ростового костюма.
В сцене, где истребители настигают Годзиллу на пути в океан, выпущенные ракеты откровенно отскакивают от нарисованного задника с облаками.
Едва утихает спор Огаты и Сэридзавы в лаборатории, как стоящий в углу телевизор сам по себе начинает транслировать разруху на улицах и поющий хор школьниц — к кнопкам никто из присутствующих даже не притрагивался.
Когда переворачивается вторая миниатюрная пожарная машина, она неуклюже кренится набок и слетает со съёмочного стола. В кадре нет никаких обрывов или мостов, откуда машинка могла бы так спикировать.
Непонятно, каким образом первая исследовательская группа смогла вернуться в Токио. Их судно и рация пошли ко дну, а хлипкие рыбацкие лодочки с острова Одо не доплыли бы даже до Кюсю.
С момента ядерных ударов по Хиросиме и Нагасаки прошло девять лет, однако профильные японские чиновники упорно отказываются распознавать симптомы обычного радиационного ожога.
Снимок монстра, который доктор Яманэ торжественно демонстрирует коллегам после возвращения, вызывает сплошные вопросы. Кадр якобы сделан учёными на горной тропе, но взят с такого верхнего ракурса, будто фотограф парил в небе. К тому же перед нами откровенная картина маслом, на которой морда чудища вообще не похожа на экранного Годзиллу.
Сил самообороны возвели грандиозный забор из высоковольтных электроопор меньше чем за сутки: работы стартовали утром после первого налёта, а к ночи ловушка уже стояла. В реальности постройка одной такой вышки отнимает два-три года, и монтаж целой цепочки занял бы доброе десятилетие.
В эпизоде авианалёта на шагающего по городу ящера в глаза сразу бросаются тросики, на которых висят игрушечные самолёты.
В душераздирающей сцене, где прячущаяся мать уверяет дочерей, что они вот-вот встретятся с погибшим папой, набегающая камера внезапно отбрасывает отчётливую тень прямо на испуганную семью.
Годзилла вцепляется зубами в телевизионную вышку, и металлическая конструкция сминается под его челюстями. Но уже в следующем кадре падающая на землю башня оказывается абсолютно прямой.
Спасатели спешно покидают командный пункт за секунды до того, как рухнут стены штаба. Когда кирпичи осыпаются, за окном мелькает массивный хвост чудовища, подвязанный на хорошо заметные провода.
В момент панического бегства горожан по переулку двое участников массовки буквально спотыкаются, смущённо таращатся прямо в объектив и только потом прижимаются к стене дома.
Высаживаясь на острове Одо, Эмико одета в элегантную юбку, а её отец щеголяет при галстуке. Спустя пару минут дочь уже разгуливает в брюках, а профессор Яманэ таинственным образом успевает избавиться от галстука.
Описывая принцип действия разрушителя кислорода, доктор Сэридзава утверждает, будто вещество полностью уничтожает молекулы кислорода в рабочей зоне. Но если бы аппарат реально стирал кислород из молекул H2O, вокруг бы высвобождался только водород, а вовсе не чистый кислород, как следует из его путаных научных рассуждений.
Разъясняя работу своего разрушителя кислорода, доктор Сэридзава настаивает, что устройство расщепляет и аннигилирует весь кислород в округе. При распаде формулы воды H2O и полном исчезновении кислородной составляющей океан должен был мгновенно превратиться в чистейший водород.