Фильм

Моби Дик (1956) смотреть онлайн

Name: Моби Дик
Genre: Драма, Приключения
Released: 1956-06-27
Duration: 116 min
Rating: 7.3
Cast: Грегори Пек, Ричард Бейсхарт, Лео Генн, Джеймс Робертсон Джастис, Гарри Эндрюс

Moby Dick 12+

★ 7.3 IMDb 24 000 голосов ★ 7.3 Кинопоиск 2 979 голосов

«Человек. Кит. Месть. Величайшее приключение всех времен!» «The man – The whale – The vengeance – The mightiest adventure ever seen!»

Драма Приключения

По книгам Про море и пиратов Про месть Про прошлые эпохи

Страна: США
Год: 1956
Премьера: 27 июня 1956
Длительность: 1 ч 56 мин
Изображение: Цветное
Режиссёр: Джон Хьюстон
Сценарий: Рэй Брэдбери, Джон Хьюстон, Герман Мелвилл

Оцените фильм

Озвучки Профессиональный многоголосый

Оригинал английский

О фильме «Моби Дик»

В 1841 году молодой моряк Измаил прибывает в сонный массачусетский порт Нью-Бедфорд, надеясь наняться на китобойное судно. Из-за нехватки свободных комнат хозяин местной гостиницы Питер Гроб подселяет его к грозному островитянину Квикегу. Случайная стычка соседей быстро перерастает в крепкую мужскую дружбу, и вскоре приятели поднимаются на борт зловещего «Пекода» — корабля, украшенного костями морских исполинов. Судовладелец Пелег сомневается в неопытном новичке, но всё же берет его в команду. Перед самым отплытием таинственный незнакомец предрекает морякам гибель, предупреждая, что живым из плавания вернется лишь один.

Вскоре команду собирает на палубе капитан Ахав — угрюмый человек с костяным протезом вместо ноги. Его разум всецело поглощен жаждой мести легендарному белому киту по прозвищу Моби Дик, искалечившему капитана много лет назад. Ахав подчиняет экипаж своей фанатичной воле и заставляет моряков принести клятву преследовать чудовище до самого края земли. Промысел китового жира отходит на второй план: капитана интересует лишь смертоносный исполин, погубивший сотни жизней.

Когда капитан Бумер со встречного судна сообщает, что недавно видел чудовище, Ахав бросает богатую добычу и устремляется в погоню. Старший помощник Старбак безуспешно пытается образумить капитана, но второй помощник Стабб и остальные офицеры отказываются бунтовать. Судно проходит через полосу мертвого штиля и попадает в жестокий тайфун, однако одержимый Ахав лишь подгоняет команду навстречу буре, невзирая на зловещие знамения и ужас перед неминуемой встречей с морским дьяволом.

В ролях

Грегори Пек Капитан Ахав

Ричард Бейсхарт Измаил

Лео Генн Старбак

Джеймс Робертсон Джастис Капитан Бумер

Гарри Эндрюс Стабб

Бернард Майлз Мэнкс

Ноэль Перселл Судовой плотник

Эдрик Коннор Даггу

Мервин Джонс Пелег

Джозеф Томелти Питер Гроб

Френсис Де Вулф Капитан Гардинер

Роял Дано Илия

Фридрих фон Ледебур Квикег

Орсон Уэллс Отец Мэппл

Джон Хьюстон

Кадры

38 кадров Все кадры →

Афиши

28 афиш Все афиши →

56 интересных фактов

Исполинский макет Моби Дика представлял собой прорезиненную конструкцию длиной 85 футов со стальным каркасом. Первые две полноразмерные модели стоимостью около 30 000 долларов каждая бесследно затонули в океане прямо во время съёмок, поэтому для канарских сцен пришлось сооружать третью. Но и с ней не обошлось без происшествий: буксировочный трос оборвался, и чучело кита вместе с сидевшим на нём Грегори Пеком скрылось в густом тумане.
Поначалу Грегори Пек оправдывал разгромные отзывы на свою игру огрехами сценария, упрекая его в излишней дословности романа. Лишь годы спустя он честно признал, что в свои 38 лет был элементарно слишком молод для этой роли: книжному капитану Ахаву под конец карьеры уже стукнуло 58. Позже актёр публично извинился перед авторами фильма, заявив, что образ требовал куда большего масштаба, на который он тогда просто не был способен. Любопытно, что сам Джон Хьюстон изначально тоже не видел Пека в этой роли, но впоследствии весьма тепло отзывался о его работе.
В ответ на совет Старбака поспать капитан Ахав заявляет, что его койка — это настоящий гроб. И это вовсе не метафора: судовые офицеры той эпохи действительно спали в деревянных ящиках, которые в случае кончины в плавании служили им домовиной. Для рядовых матросов той же цели служили подвесные гамаки, в которых их и предавали морской пучине.
Позже один из сотрудников студии проболтался Грегори Пеку, что Хьюстон попросту обвёл его вокруг пальца. Режиссёр заманил звезду лестью, убедив, будто никто в мире лучше него с ролью не справится. Окрылённый актёр согласился, невзирая на собственные сомнения. На самом же деле постановщик категорически не хотел брать Пека, но у него не было выбора: братья Мириш из руководства Warner Bros. наотрез отказывались давать деньги без кассового тяжеловеса на борту.
Знаменитая всемирная сеть кофеен Starbucks получила своё название в честь первого помощника Старбака с китобойного судна «Пекод».

В интервью журналу «Films in Review» 1967 года Грегори Пек без обиняков раскритиковал методы работы режиссёра. Он с недоумением вспоминал, как во время одной из сцен Хьюстон глубокомысленно бросил: «Почувствуй камеру лицом». А перед важнейшим драматическим монологом, начинавшимся со слов о злом Боге, постановщик напутствовал его фразой: «Парень, покажи класс, иначе всё пропало». «Разве это режиссура?» — возмущался актёр.
По сюжету Измаил — совсем юноша лет двадцати, однако сыгравшему его Ричарду Бейсхарту к моменту съёмок уже стукнуло сорок, то есть он оказался на пару лет старше экранного капитана Грегори Пека.
Во время работы над знаменитой проповедью отца Мэппла Орсон Уэллс страдал от сильнейшего приступа паники перед камерой. Чтобы помочь другу успокоиться, Джон Хьюстон предусмотрительно припрятал на площадке бутылку бренди, к которой актёр время от времени прикладывался в перерывах.
Одно время Джон Хьюстон всерьёз планировал доверить роль капитана Ахава Орсону Уэллсу.
Джон Хьюстон безуспешно обивал пороги голливудских кабинетов целых три года, пока проект не подобрали United Artists и Moulin Productions Inc. Боссы фабрики грёз сторонились мрачного, депрессивного сюжета, напрочь лишённого женских ролей и любовных линий. Руководство же Warner Bros. согласилось на прокат исключительно при условии, что главного героя сыграет звезда первой величины. Выбор Пека многим показался спорным, а сам актёр вообще полагал, что идеальным Ахавом стал бы сам Хьюстон.
По воспоминаниям Уолтера Мириша, режиссёр упрямо требовал натуральных съёмок на настоящем судне в открытом море. Из-за бесконечной штормовой качки команду преследовала морская болезнь, производство чудовищно затянулось, а бюджет раздулся до колоссальных 4,5 миллиона долларов. Фильм так и остался финансовым провалом, не окупив производственные затраты и по сей день.
Сцены со своим персонажем Орсон Уэллс написал для себя сам, причём режиссёр горячо поддержал эту актёрскую инициативу.
Чтобы добиться необычного приглушённо-пастельного колорита, оператор Освальд Моррис применил хитроумный метод гидротипной печати. Изображение разделялось при помощи широких чёрно-белых матриц, удерживавших остальные тона перед их совмещением, а на финальном четвёртом этапе на плёнку наносился дополнительный слой серебра.
Навигационные расчёты приводят киношного капитана Ахава к атоллу Бикини — именно в эту точку на карте он тычет пальцем, выслеживая кита. У Мелвилла этот полинезийский уголок не упоминается, однако для зрителей пятидесятых годов эта деталь была прозрачной метафорой, мгновенно вызывавшей ассоциации с испытаниями ядерного оружия.
При первой же встрече с режиссёром Рэй Брэдбери чистосердечно признался, что так и не осилил роман Мелвилла, назвав его невыносимой тягомотиной. Хьюстон лишь отмахнулся: он вручил писателю увесистый том, отправил его домой со словами: «Прочти сколько сможешь», — и велел завтра же выходить на работу.
Оглядываясь на свой богатый кинематографический опыт, Джон Хьюстон признавался, что эта лента далась ему тяжелее всех в карьере.
Вопреки популярному мифу о съёмках строго в диких океанских просторах, более двух третей материала отсняли в английских павильонах киностудий Shepperton и Elstree. Натура ограничилась экспедициями на Канары и в Ирландию, тогда как сцены в таверне, речь в церкви, эпизод с тайфуном и схватку на хребте зверя создавали на искусственной площадке (приглядевшись к палубе «Пекода», можно даже заметить нарисованный задник неба). Шестидесятифутовый макет лишь мелькает на общих планах: в большинстве сцен использовались миниатюры разного масштаба и отдельные механические фрагменты вроде челюстей и бутафорских глаз, которыми заведовал художник-постановщик Стивен Б. Граймс.
Суровые съёмки нанесли немалый урон здоровью артистов. Грегори Пек, упорно отказавшийся от услуг каскадёра, травмировал коленную чашечку, Ричард Бейсхарт сломал лодыжку при прыжке в вельбот, а Лео Генн и вовсе загремел на больничную койку с воспалением лёгких и смещением позвоночного диска.
Изначально режиссёр лелеял надежду снять в образе одержимого капитана собственного отца, Уолтера Хьюстона. Однако запуск картины настолько затянулся, что к моменту съёмок родителя уже четыре года не было в живых.
Кинематографисты годами пересказывали байку о том, как посреди Ирландского моря шторм унёс одного, а то и троих гигантских резиновых чудовищ, якобы построенных во всю шестидесятифутовую величину. Однако оператор картины Освальд Моррис в мемуарах полностью опроверг эти слухи: никаких цельных гигантов на верфях не строили. За кораблём просто тащилась баржа с отдельными кусками туши вроде хвоста или горба, которые крепили по мере надобности, а полноценные макеты существовали исключительно в виде скромных миниатюр для студийного бассейна. Моррис утверждал, что единственной «потерей» за всё время стал двадцатифутовый цилиндр, изображавший среднюю часть туловища кита — бутафорию сорвало с троса и унесло волнами.
Свою работу в роли капитана Ахава Грегори Пек ненавидел настолько яростно, что даже спустя два десятка лет наотрез отказал Стивену Спилбергу, когда тот попросил разрешения вставить фрагмент фильма в «Челюсти» (1975). По первоначальной задумке персонаж Роберта Шоу должен был сидеть в кинотеатре и громко хохотать над происходящим на экране. Пек вовсе не был против самого камео в чужой ленте, но не мог вынести мысли о том, что зрители снова увидят его Ахава.
Свою руку к доработке сценария приложил знаменитый писатель Роальд Даль.
Хозяина таверны Питера Гроба на экране воплотил Джозеф Томелти, однако озвучил этого персонажа сам режиссёр Джон Хьюстон.
Гонорар за крошечное эпизодическое появление в фильме помог Орсону Уэллсу профинансировать собственную театральную постановку по тому же роману.
Режиссёр Джон Хьюстон обожал выставлять сценариста Рэя Брэдбери в дурном свете: он со смехом рассказывал, что признанный фантаст, писавший о далёких планетах, панически боялся летать на самолётах и буквально цепенел от ужаса в автомобиле, даже если тот едва тащился на скорости 20 миль в час. Сам Рэй Брэдбери в долгу не остался и после смерти режиссёра отзывался о нём крайне едко, называя тираном, который самоутверждался, втягивая своих сценаристов в изощрённые психологические игры.
Одной из натурных площадок стал ирландский городок Йол в графстве Корк. Местный паб «Моби Дик», открытый и названный в честь картины, принимает гостей и по сей день.
Съёмочная группа провела немало времени на острове Гран-Канария. Любопытно, что почти шесть десятилетий спустя на Канарских островах вновь снимали китобойную драму — «В сердце моря» (2015). В основу того фильма легла подлинная катастрофа китобойца «Эссекс», вдохновившая в своё время Германа Мелвилла на кульминацию его великого романа.
Хотя съёмочный процесс завершился ещё в 1954 году, до экранов лента добралась лишь два года спустя.
Слугу Ахава по имени Федалла, присутствовавшего в романе, из экранизации вычеркнули, а его сюжетные функции передали Квикегу.
Попытки Грегори Пека примерить на себя отрицательные образы публика принимала в штыки: зрители отказывались видеть в любимом артисте злодея. К тому же в свои 38 лет актёр казался критикам слишком молодым для роли капитана Ахава, ведь у Германа Мелвилла этот персонаж описан глубоким стариком.
Как и бессмертный роман, фильм открывается хрестоматийной фразой: «Зовите меня Измаил». Что примечательно, за всё дальнейшее действие имя главного героя не звучит ни разу — окружающие обращаются к нему просто «парень», «ты» или окликают другими безымянными словами.
На натурных съёмках в валлийском Фишгарде Грегори Пек поселился в доме местного священника и его супруги. Звезда экрана настолько очаровал хозяев, что в день отъезда дочь священника в слезах изрезала часть его гардероба — лишь бы задержать кумира хоть ненадолго.
Спустя 42 года после того, как Грегори Пек прошёл через безумие капитана Ахава, он снова вернулся к этой истории, сыграв отца Мэппла в картине «Моби Дик» (1998).
Квикега, который по книге принадлежит к полинезийскому племени, на экране воплотил австрийский актёр Фридрих фон Ледебур.
Эта картина входит в число любимых фильмов Моргана Фримана.
Чтобы придать происходящему пугающую достоверность, Джон Хьюстон оплатил съёмку настоящей охоты на китов у берегов Мадейры, а затем включил эти натуралистичные кровавые кадры в итоговый монтаж.
На роль Квикега всерьёз метил Вуди Строуд, однако актёр оказался привязан к площадке монументальной ленты Сесила Б. ДеМилля «Десять заповедей» (1956). Отыграв царя Эфиопии в короткой сцене, Строуд выхлопотал себе ещё одну крошечную роль носильщика матери Моисея — и тем самым загнал себя в ловушку: режиссёр удерживал его для возможных пересъёмок до самого финала производства, лишив шанса сыграть у Хьюстона.
Эпизод, где Измаил удерживает Квикега от самоубийства, напоминая о клятве вечной дружбы, был придуман специально для экрана — в первоисточнике такой сцены нет.
На роль капитана Ахава в разное время прочили таких голливудских титанов, как Марлон Брандо, Эррол Флинн, Гэри Купер, Берт Ланкастер и Джон Уэйн.
Годы спустя Грегори Пек признавался, что Джон Хьюстон совершенно не умел работать с актёрами и не помогал им разбирать тонкости отдельных сцен. Впрочем, Пек тут же оговаривался: несмотря на этот изъян, режиссёром Хьюстон был поистине выдающимся.
Знаменитые огни святого Эльма возникают во время грозы из-за колоссальной разницы электрических потенциалов между землёй и облаками. Высокое напряжение буквально разрывает ионизированный воздух, заставляя его светиться ярко-голубым пламенем. Считается, что это мистическое сияние порождается черенковским излучением, когда заряженные частицы несутся сквозь изолирующую среду быстрее скорости света.
Окончание съёмок «Моби Дика» подтолкнуло Джона Хьюстона к переезду на постоянное жительство в Ирландию. Всего за свою карьеру режиссёр полностью или частично снял в этой стране семь кинокартин.
Образом Измаила всерьёз интересовался Монтгомери Клифт.
На роль капитана Ахава пробовали утвердить Фредрика Марча.
Когда во вступительной сцене Измаил направляется в город Нью-Бедфорд, роль которого исполнил Югал из графства Корк, самый первый кадр снят совершенно в другом месте. Камера запечатлела вид с вершины водопада Пауэрскорт в графстве Уиклоу — аккурат в 251 километре от основной локации.
Механический муляж белого кита регулярно ломался и тонул в морской воде. Бутафорию приходилось бесконечно ремонтировать и собирать заново, из-за чего съёмочный график трещал по швам, а производственный бюджет стремительно таял.
Режиссёр картины Джон Хьюстон лично озвучил матроса-вперёдсмотрящего в эпизоде его падения в морскую пучину.
Судно под командованием капитана Бумера названо в честь реально существовавшего торговца Сэмюэля Эндерби, основавшего китобойную фирму Samuel Enderby & Sons. Корабли его флотилии бороздили океаны по всему миру: они не только добывали китов, но и входили в состав Третьего флота, доставлявшего колонистов в Новый Южный Уэльс.
Процесс создания сценария лёг в основу романа Рэя Брэдбери «Зелёные тени, Белый Кит», где реальные события того периода представлены в полувымышленной форме.
Лейтенант Старбак из научно-фантастического фильма «Звёздный крейсер „Галактика“» (1978) и последующих спин-оффов получил своё имя в честь старшего помощника Ахава.
Исполнитель роли Измаила Ричард Бейсхарт восемь лет спустя сыграл в картине «Призрак Моби Дика» (1964), где его персонаж декламирует строки из оригинального шедевра Германа Мелвилла.
В 2001 году Американский институт кино включил ленту в число четырёхсот претендентов на попадание в топ-100 самых остросюжетных фильмов США.
Имя одержимого капитана Ахава отсылает к печально известному царю Израиля из Третьей книги Царств (3 Цар. 16:30), прославившемуся нечестивыми поступками.
Финальная фраза картины: «Спасся только я один, чтобы возвестить тебе» — является прямой цитатой из ветхозаветной Книги Иова.
Братья Мириш создали картину через студию Moulin Productions, а права на прокат доверили компании Warner Bros. до 1963 года. На фоне финансовых трудностей продюсеры уступили первичные права студии United Artists, которая вскоре выкупила Associated Artists Productions вместе с каталогом «Уорнеров» до 1950 года. Дождавшись окончания контракта в 1963 году, UA полностью забрала права себе и тогда же приобрела новую компанию братьев Мириш, чьи фильмы вела в прокате с 1957 года.
Творческий дуэт Грегори Пека и Джеймса Робертсона Джастиса сложился задолго до этой картины: ранее они вместе появились в лентах «Капитан Горацио Хорнблоуэр» (1951) и «Давид и Вирсавия» (1951). Позже актёры вновь разделили съёмочную площадку в военной драме «Пушки острова Наварон» (1961).

22 ошибки и ляпа

Момент, когда судно отходит от пирса, показан с грубейшим нарушением морской практики: матросы тянут трос прямо с причала. Таким способом заставить парусник двигаться вперёд попросту невозможно. Чтобы сняться со швартовов и выйти из гавани, кораблю требуется упор. Для этого шлюпка отвозит как можно дальше специальный верп (малый вспомогательный якорь) и сбрасывает его на грунт. Оставшаяся на борту команда подтягивает судно к нему, наматывая канат на кабестан или лебёдку, после чего якорь поднимают и повторяют этот манёвр необходимое количество раз.
Если у Германа Мелвилла архаичные местоимения использованы безупречно, то капитаны Пелег и Билдад в фильме регулярно путают грамматику. Они используют слово «thee» в роли подлежащего, хотя оно может служить исключительно дополнением. Из их уст то и дело звучат обороты вроде «hast thee» или «art thee», тогда как по всем правилам следовало сказать «hast thou» или «art thou».
Когда мачты и гарпун Ахава охватывают огни святого Эльма, они сияют насыщенным изумрудным светом. С точки зрения физики это ошибка: подобный коронный разряд на острых высоких предметах имеет ярко-голубой или фиолетовый оттенок. Впрочем, создатели ленты наверняка исказили реальность сознательно — зелёное свечение выглядит куда контрастнее и эффектнее на фоне ночной тьмы.

В эпизоде, где Старбак замышляет застрелить Ахава, на небе за спинами героев отчётливо видны инверсионные следы от пролетевшего самолёта.
В сцене, где белый кит таранит судно, грот-мачта с грохотом переламывается и падает вместе с марсовой площадкой, зацепив юнгу. Затем разъярённый зверь начинает кружить вокруг гибнущего корабля, затягивая его в водоворот — и на общих планах тонущего парусника злополучная мачта снова стоит как ни в чём не бывало.
Перед самой встречей Измаила и Квикега с пророком Илией герои проходят мимо стоящего на приколе парусника. На его борту отчётливо видна грузовая марка (диск Плимсоля). Действие разворачивается в 1841 году, тогда как обязательную шкалу предельной осадки изобрели и внедрили лишь в 1870-х.
Капитан Ахав, уже сталкивавшийся с белым гигантом, упоминает о его кривой челюсти (в романе Германа Мелвилла она прямо названа серповидной). Однако у бутафорского кита, изготовленного для съёмок, челюсть абсолютно прямая.
Когда капитан Ахав яростно вонзает гарпун в спину чудовища и свободно раскачивает его рукоять из стороны в сторону, становится очевидно, что макет полый. Если бы лезвие пробило реальную тушу кита, плотный слой ворвани, мышц и костей намертво зафиксировал бы наконечник, не позволив ему болтаться в воздухе.
«Пекод» подходит к водам близ атолла Бикини в новолуние — именно здесь Ахав рассчитывает настигнуть свою добычу. Однако уже в следующей ночной сцене на небе красуется полная луна. При этом матросы замечают, что месяц только «потерял рога», а капитан бессменно стоит на часах уже «семь дней и семь ночей». Обе эти реплики недвусмысленно указывают на фазу первой четверти, но никак не на полнолуние.
В начале плавания в районе островов Кабо-Верде команда замечает первого кита, и гарпунёры со всех трёх вельботов успешно поражают цель. Раненый исполин бросается наутёк, увлекая лодки за собой; вдруг раздаётся крик «человек за бортом!», и нам крупным планом показывают, как матрос перерубает линь на своей шлюпке. Следующий кадр фиксирует две оставшиеся лодки на буксире, однако секундой позже (вид вперёд глазами гребцов) от кита снова тянутся три натянутых каната.
Во время финальной схватки китобоев с Моби Диком погода на экране меняется с калейдоскопической быстротой: серый густой туман сменяется сияющим голубым небом, затем набегают облака и всё повторяется снова. Сразу бросается в глаза, что сцену монтировали из множества дублей, снятых в совершенно разных погодных условиях.
В эпизоде, датированном 9 апреля 1842 года, над головами героев видна почти полная луна. Согласно реальным астрономическим данным, в эти сутки на небе был тончайший серп, а до новолуния оставался буквально один день.
Во время первой пламенной речи Ахава перед командой камера выхватывает лица матросов: можно заметить, как Таштего беззвучно шевелит губами, синхронно повторяя слова капитана.
Решив расправиться с Ахавом, Старбак снимает со стены пистолет, слегка отводит курок назад и прячет оружие в карман. Однако на брандтрубке замка отсутствует капсюль, без которого произвести выстрел из такого оружия попросту невозможно.
В сценах, разворачивающихся на палубе, небо на заднем плане нарисовано на декорациях. Стыки между фанерными щитами или полотнищами холста видны невооружённым глазом.
В самом начале экспедиции зрителю показывают, как Ахав в одиночестве шагает по палубе, пока вся команда мирно спит в кубрике. В открытом море такое исключено: на вахте всегда находятся рулевой, дежурный офицер и группа матросов для контроля за парусами и румпелем.
Когда юнга Пип оказывается за бортом и якобы качается на волнах посреди океана, хорошо заметно, что мальчик неподвижно стоит на твёрдой опоре, пока уровень воды вокруг него механически поднимают и опускают.
В сцене отплытия на мачте развевается американский флаг с 25 звёздами, который использовался строго с 1822 по 1836 год. Измаил же нанимается на «Пекод» значительно позже — в 1841-м. Устаревшее полотнище легко опознать по характерным колонкам из пяти звёзд.
Раны и кровавые следы на теле белого кита необъяснимым образом меняют свою форму и расположение прямо во время ударов Ахава.
Примерно на отметке 1:50:00, когда Стабб бросает фразу «Не надо было тебе возвращаться, ухмыляющийся кит!» и китобои снова бросаются в атаку, заметен грубый визуальный брак. В момент броска гарпунов на пару секунд впереди Моби Дика появляется одна из шлюпок. Хотя она расположена дальше чудовища и по законам перспективы должна казаться миниатюрной, вельбот выглядит неправдоподобно огромным — окажись они бок о бок, лодка не уступала бы исполину в размерах.
Во время разбушевавшегося шторма на голове у Стабба нет его привычной шотландской шапочки. Однако стоит только в кадре появиться огням святого Эльма, как головной убор загадочным образом снова оказывается на нём.

Размеры белого кита сильно скачут от эпизода к эпизоду. Поначалу Моби Дик кажется даже массивнее самого корабля, но ближе к финалу его габариты заметно скромнеют. Когда кит пускает ко дну «Пекод» и почти целиком выныривает на поверхность, он выглядит всего лишь в десять раз больше запутавшегося на его спине капитана Ахава.